pan_andriy (pan_andriy) wrote,
pan_andriy
pan_andriy

Category:

Песенка на два такта

"Тикание датчика в шлеме стало таким редким, словно на мембрану падали поодиночке зернышки песка. Услышав какой-то неразборчивый голос, я подумал, что это база, и, вслушавшись, оцепенел. Из хриплого бормотания до меня дошли сначала два слова:
- Братец родимый... родимый братец...

Минута тишины и снова:
- Братец родимый... родимый братец...
- Кто говорит? - хотел я крикнуть, но не отважился. Я сидел, скорчившись, чувствуя, как пот выступает у меня на лбу, а этот чужой голос заполнял шлем.

- Подойди, братец родимый, родимый братец, подойди ко мне. Приблизься без опасения. Я не хочу ничего плохого, братец родимый, приблизься. Не бойся, я не хочу сражаться. Мы должны побрататься. Это правда, братец родимый. Помоги мне. Я тебе тоже помогу, братец родимый.

Что-то щелкнуло, и тот же голос, но совершенно другим тоном, рычащим, коротко, резко произнес:
- Брось оружие! Брось оружие! Брось оружие! Бросай оружие, или я тебя сожгу! Не пытайся бежать! Повернись спиной! Подними руки! Обе руки! Так! Обе руки на затылок! Стой и не двигайся! Не двигайся! Не двигайся!

Снова что-то треснуло, и вернулся первый голос, тот же самый, но заикающийся, слабый:
- Братец родимый!.. Подойди. Мы должны побрататься! Помоги мне. Мы не будем сражаться.

- Я уже не сомневался – разговаривал труп. Он лежал так, как я его бросил, похожий на раздавленного паука, с разодранным брюхом и переплетенными конечностями, уставившись пустыми глазницами прямо на Солнце и не двигаясь, но что-то внутри него все говорило и говорило. Песенка на два такта. На две мелодии. Сначала о братце родимом, а потом -- хриплые приказы. Это его программа,-- подумал я. И ничего больше. Манекен или робот, сначала он должен был подманить человека, солдата, а потом взять его в плен или убить.
....

- Здесь у нас тебе хорошо будет, приятель...- сказал он и стукнул своим шлемом о мой, словно хотел расцеловать меня в обе щеки. - У нас очень хорошо... мы войны не хотим, мы добрые, тихие, сам увидишь, приятель... - С этими словами он лягнул меня в голень так сильно и неожиданно, что я опрокинулся навзничь, а он рухнул обеими коленями на мою грудь.

Я увидел все звезды - буквально все звезды черного лунного неба, а мой несостоявшийся друг левой рукой прижал мою голову к песку, а правой сорвал с себя металлические полосы, которые сами собой свернулись в подковообразные скобы.

Я молчал, не понимая, что происходит, пока он, пригвождая мощными, неторопливыми ударами кулака мои руки к грунту этими скобами, продолжал говорить:
- Хорошо тебе будет, друг дорогой, мы здесь простые, сердечные, ласковые... Я тебя люблю и ты меня полюбишь, приятель...
- А не братец родной ? - спросил я, чувствуя, что не в состоянии уже шевельнуть ни рукой, ни ногой. Моя реплика нимало не нарушила его сердечного настроения.

- Братец?..- сказал он задумчиво, словно пробуя это слово на вкус. - А хоть бы и братец! Я добрый и ты добрый! Брат для брата! Ведь мы братья. Правда? Братец родимый, говоришь? А? Может, оно и так, а может, и нет. Разве нас одна мать родила? Эх, мама, мама... Мать -- это святое, братец. Такая добрая! И ты тоже добрый. Очень добрый! Оружия никакого не носишь. Хитрый ты, приятель; хитрюга... так, мол, гуляю себе, грибки собираю. Боровиков тьма-тьмущая. Лес вокруг, только что-то его не видать. Так, дорогой братец, сейчас тебе полегчает, лучше станет, увидишь. Мы люди простые, мирные, и мир нам принадлежит.

 Тем временем он снял с плеч что-то вроде плоского ранца и раскрыл его. Блеснули какие-то острые инструменты. Он взял один из них, примерил к руке, отложил, вынул другой в виде мощных ножниц, похожих на те, которыми солдаты во время атаки разрезают спирали колючей проволоки, повернулся в мою сторону, - острия блеснули на Солнце, - уселся верхом мне на живот, поднял свое оружие и со словами “Дай бог здоровья!” одним ударом вонзил его в мою грудь.

- Что же ты молчишь? - спросил он, разрезая с резким, хрустящим звуком верхний слой моего скафандра. Ножницы у него были первоклассные, из необычайно твердой стали.  - Сказать что-нибудь? - спросил я.
- Ну скажи!
- Гиена!
- Что?
- Шакал.
- Оскорбить меня хочешь, своего друга? Нехорошо. Ты ведь мой враг! Ты вероломный. Ты нарочно сюда без оружия пришел, чтобы меня заморочить. Я тебе добра желал, но врага проверить надо. Такая у меня обязанность. Такой закон. Ты на меня напал. Без объявления войны вторгся на нашу священную землю! Теперь пеняй на себя. Братец родимый! Пес тебе брат! Ты сам хуже пса, а за гиену и шакала ты меня попомнишь, только недолго. Память из тебя вместе с кишками выпущу.

Ст.Лем "Мир на Земле", 1983

Subscribe

  • переправа-переправа

    "Мертвых на утлом челне через темный поток перевозит. Бог уже стар, но хранит он и в старости бодрую силу." -- Вергилий Харо́н — перевозчик душ…

  • попаданец

    «Попаданчество» — распространённый приём фантастической литературы, связанный с внезапным переносом героя в прошлое, будущее, на другую планету, в…

  • не ахти

    Все це лайна варте, — відповів Палівець, Я.Гашек "Пригоди Швейка" Таганский районный суд Москвы арестовал на 10 суток комика Идрака Мирзализаде…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 12 comments

  • переправа-переправа

    "Мертвых на утлом челне через темный поток перевозит. Бог уже стар, но хранит он и в старости бодрую силу." -- Вергилий Харо́н — перевозчик душ…

  • попаданец

    «Попаданчество» — распространённый приём фантастической литературы, связанный с внезапным переносом героя в прошлое, будущее, на другую планету, в…

  • не ахти

    Все це лайна варте, — відповів Палівець, Я.Гашек "Пригоди Швейка" Таганский районный суд Москвы арестовал на 10 суток комика Идрака Мирзализаде…