pan_andriy (pan_andriy) wrote,
pan_andriy
pan_andriy

cкорбить по-русски

Росіяни відзначили шості роковини загибелі "Курска" театральною комедією "Подводная лодка в степях Украины". За сюжетом дія відбувається в Києві, прямісінько посеред степу. А хіба де треба?

Декілька  сьогоднішніх рецензій:

"Драматург и поэт Юрий Юрченко, человек с живописной биографией (родился в тюрьме, работал то токарем в Магадане, то актером в Тбилиси, окончил Литинститут и аспирантуру Сорбонны), решил поведать миру о российской трагедии.

Силами Литвина, Юрченко и отданных им в подчинение артистов прямо у нас на глазах будут разоблачены паскудство нынешней власти на Украине, совершенно не поддерживающей тамошний русскоязычный театр. Разоблачается посредством журналиста из Москвы Гены, приехавшего в Киев интервьюировать русскоязычных служителей Мельпомены, актрисы Аллы, заброшенной судьбой в незалежную Малороссию, ее дочери неопределенных занятий и соседа Сережи, устами которого от бутылки к бутылке истина глаголет все громче и громче.

 Гена, как дурак, оказался в Киеве в тот самый момент, когда в водах Баренцева моря затонул "Курск". В Мурманск командированы коллеги Гены. Борщ вам с пампушкой, а не искрометный репортаж! Хорошо хоть русскоязычная актриса оказывается бывшей женой подводника. И хорошо еще, что этого самого подводника незадолго до аварии перевели с Черноморского флота на Северный. И уж совсем повезло, что он оказался на этом самом "Курске". В Киеве, опять же по счастью для Гены, оказалась мама подводника. И вот теперь они все вместе слушают сводки с места событий.
"Известия"

Один из героев, истопник Кузьмич, спивается, хотя под телогрейкой скрывается на его груди Звезда Героя Советского Союза, и, никому сегодня не нужный, он когда-то командовал подводной лодкой.

Действие пьесы разворачивается в Киеве, в семье одного из погибших на «Курске» моряков, но реплики персонажей прямо обвиняют военное и политическое руководство России: «Эту лодку народ ему не простит», «А как же в Чечне?! Там же каждый день по «Курску» гибнет?!» и т.п. Но тут на сцену выходит американская журналистка, можно сказать, волшебная помощница, и ситуация, как в сказке, переворачивается от несчастья к счастью. Она все расставляет по местам, объясняет, что виноват во всем не нынешний российский президент, что демократия в России – молодая и что американские президенты вообще намного хуже и в Америке бы никто никогда не узнал про такую трагедию... Ну и вообще. Безо всякой высокохудожественности рубят правду-матку. И ясно, кто на самом деле во всем виноват. А если немного подумать, то и что делать.
"Новая газета"

Неожиданная подмога в идеологическом противостоянии с невидимыми оппонентами приходит от американской журналистки, тоже невесть откуда появляющейся на киевской кухне. Сначала ее принимают за шпионку, а журналист – так еще и за конкурентку. Но тут выясняется, что она была романтической подругой погибшего на "Курске" подводника, который был в душе поэтом и море не любил. Иностранка тут же все расставляет по местам с настоящим иностранным акцентом: президент Путин правильно сделал, что не поехал в Североморск,– "зачьем ви его обвиньяете, виновьят не он, а пьятнадцать льет экспьеримьентов над вашьей армьей". В общем, американка оказывается, как сказали бы в аналогичной советской пьесе тридцатилетней давности, прогрессивной. От нее мы узнаем, что слетевшиеся в Североморск корреспонденты иностранных изданий пьют в барах и снимают проституток. Актрису, дочь, мать и героя-истопника приводят в телевизионную студию, где они после пошлейшего вступительного слова Рогова о морской романтике должны рассказать зрителям трогательные истории о погибшем на "Курске". Вдова просит людей любить друг друга и удаляется в вечность.
"Коммерсантъ"

На трезвую голову этот драматургический опус воспринимать нельзя. Единственный способ связать концы с концами: как следуют выпить. Этим приемом режиссер Алексей Литвин регулярно пользуется. Герои выпивают с радости и с горя. Опрокидывают стакан, чтобы разговориться, и принимают пару стаканчиков перед длинным монологом
"Новые Известия"


"Русский театр на Украине находится в ж...е!" – режет правду-матку в начале пьесы сосед Леша. Насчет Украины не знаю, но то, что отдельно взятые русские театры и в Москве находятся по указанному адресу, сомнений нет. 
" Коммерсантъ"

Пише larinax

Не могу молчать.Спектакль на Бронной.
Заканчиваю верстку очередного номера журнала, поэтому пока молчу. Но все слышу! Занесла меня судьба в театр на малой Бронной на спектакль "Подводная лодка в степях Украины". Но тут "не могу молчать", поэтому выкладываю свою статью в ЖЖ еще до выхода журнала.

Самое лучшее в этом спектакле - музыка Святослава Вакарчука («Океан Эльзы»), сценография Юрия Харикова и актер Никита Салопин (исполнитель роли Леши).Самое печальное – драматургия и поэзия русского парижанина украинского происхождения Юрия Юрченко, режиссура Алексея Литвина и навязчивый «продакт плейсмент» в виде водки дорогой и известной марки .

На сцене, оформленной в цветовой гамме желто-голубого украинского флага, - кухня киевской коммуналки, где происходит все нещадно длинное ( 3 с половиной часа) действие. Русская актриса (А.Макеева) мечтает о «своем» театре, задыхаясь от окружающей чуждой ей «мовы».
...
Это – пошлость. Как и многое другое, задуманное автором и воплощенное режиссером. Пошлость – когда плохая актриса играет актрису хорошую, а плохие стихи выдаются за гениальные. Пошлость – когда несмешной анекдот выдается за смешной. Пошлость – когда свечу на столе зажигают ради дешевого спецэффекта, подчеркивающего трагизм монолога .Пошлость – когда мелодраматический пафос выдается за патриотизм. Пошлость – фальшивые актерские причитания, обращенные к погибшим морякам, к их вдовам и матерям и к президенту Путину. Спектакль напичкан доморощенным политиканством, выдаваемым за праведный гнев. И украинские надругательства над русским языком, и антиамериканская дребедень, и продажные российские СМИ. Полгода назад мне позвонил режиссер Алексей Литвин и предложил ведущим журналистам радио «Эхо Москвы» записать для его спектакля хронику событий августа 2000 года. Не зная, в каком контексте используют эти записи, «Эхо Москвы» отказалось от предложения режиссера. И, как оказалось, поступило правильно. Согласитесь, неприятно, когда твой голос звучит из приемника, по которому кто-то постоянно лупит кулаком и орет: «Суки! Суки!»




Щось я не дуже уявляю собі українську комедію наприклад про Скнилів, дія якої б розгорталася десь поміж московських люмпенів, які б просторікували ну наприклад про сумну долю українства у Росії. І виглядало б це ось так:



Щодо заангажованості українців у внутрішньоросійські справи, то згадався от Міхаїл Боярський. Років з так з 5-6 тому доля занесла на українське телебачення.. Боярський щось розійшовся про  вибори, сипав прізвищами, цитатами, жартував, підморгував ("ви же помните, как Рыбкин...", "вы же понимаете, в нашей с вами стране...") і сам собі сміявся, бо мабуть було дотепно.  Молодий ведучий довго витріщався на нього, як баран на нові ворота, а потім запитав: "Какие выборы?" Боярский знітився: "В Думу, конечно. В нашу Думу!""Ааа...А кто такой Рыбкин?"

В ті дні, в серпні 2000-го, я був у Одесі. Одеса направду переймалася й співчувала - приморське місто. Усюди, в крамницях, в кав'ярнях, та й просто на вулицях тільки й балачок було, що про "Курськ". Можна було підійти будь до якого товариства й просто так завести розмову про останні новини: чи перестукуються там з підводниками, чи подали їм свіже повітря, коли ж нарешті будуть їх рятувати і таке інше.
Проте жодного разу мова не переходила на Чечню, чи на бодай там якусь ідентифікацію себе з Росією. З якого дива?

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 15 comments