pan_andriy (pan_andriy) wrote,
pan_andriy
pan_andriy

"хочу большую китайскую стену с Россией"

Известный украинский кинодокументалист Юрий Макаров рассказал еженедельнику "Бульвар Гордона" о смене общественного сознания после Майдана, своем отношении к походу журналистов во власть, российской экспансии, языковом вопросе и культурно-политическом расколе внутри страны. 

Юрий Макаров родился в Софии, в семье русских эмигрантов, окончил романо-германский факультет Киевского госуниверситета. С момента создания в августе 1995-го телекомпании "Студия "1+1" работал там как автор и ведущий программ "Телемания", "Сніданок з "1+1", "Империя кино", "Документ", занимал должность главного редактора канала. Собственно, у многих своих поклонников Макаров до сих пор ассоциируется прежде всего с телевидением, хотя в последнее время он больше известен по острым и злободневным публикациям в журнале "Тиждень".


— Юрий Владимирович, у меня к вам вопрос как к человеку, с детства говорившему по-русски и в последнее время сознательно перешедшему на украинский: для вас момент языковой органики важен? Все-таки русский и украинский — это разный космос.

— Дело в том, что мой случай очень нетипичен. Я вырос в семье, где говорили на двух языках — русском и болгарском, и перескакивали с языка на язык совершенно неосознанно. Мой второй язык — болгарский, а украинский — уже третий. Кроме того, я окончил все-таки переводческое отделение, и моя специальность — синхронный переводчик. Поэтому для меня переход с языка на язык — операция вполне естественная. Сейчас мне все еще легче говорить по-русски, но писать — уже фантастически легко по-украински.

— Какой бы вы хотели видеть Украину в дальнейшем? Насколько мультикультурной?
— Мне бы хотелось видеть ее полиязычной, и чтобы все меньшинства, потерявшие себя в языковом отношении, вновь себя обрели, но то, что украинского языка будет больше, уже несомненно. Те, кто под давлением моды, престижа и прямой безопасности когда-то перешли на русский, постепенно вернутся к украинскому, и это вполне естественно.

— Вас судьба современной России интересует?
— Постольку-поскольку. Мне жалко, конечно, отдельных людей, но я устал. Я переел. Да и крайне мало там осталось тех, с кем я еще поддерживаю отношения. И той России, к которой я мог бы физически себя отнести, давно уже не существует в реальности, ну и замечательно. Значит, она останется в той реальности, в которой для меня остались, например, "Три мушкетера"...
...
Отказ от такой России, центростремительной, закукливающей в себя (а она, увы, в том виде, в котором сложилась, именно такая: одновременно и экспансивная, и герметичная), сегодня просто на повестке дня. Собственно, эта операция уже происходит, и те, кого мы называем интеллектуалами, встраивают элементы русской культуры в общий контекст и сразу выздоравливают. А как только начинается: "Мы — русские! Мы открыли вам Достоевского и Циолковского!", – в конце этого узкого коридорчика маячит Владимир Владимирович Путин.

— С Путиным понятно, а как быть с продолжающими говорить в Украине по-русски? Надо ли их за это убить?
— Если вы помните, Майдан был русскоязычным в значительной степени...

— Я-то помню, но после Майдана начались разговоры о "языке оккупанта"...
— Перестаньте, перестаньте! Эти разговоры в значительной степени невротические, но вместе с тем, в них есть доля справедливости. Люди, говорящие сегодня в Украине по-русски, два-три поколения назад говорили по-украински, или как вариант — на идиш или на польском... То есть украинский вытеснялся невротически, и сейчас возвращение к нему тоже происходит несколько возбужденно.

При этом дети тех, для кого лет 30 назад изъясняться по-украински было немыслимо, сегодня как минимум билингвы, а то и трилингвы — третий у них английский. Вообще, вещи иногда поразительные происходят. Я недавно встретил своего товарища, который 23 года назад заявлял (не без оснований, поскольку мы хорошо помним тех деятелей украинской культуры): "Эти жлобы будут мне указывать, на каком языке разговаривать", – и который сегодня показал мне письмо протеста в Министерство культуры, поскольку его сыну в школе вставили в программу русский язык.

— При этом географически Россия — наш вечный сосед, и отмахнуться от этого факта невозможно. На ваш взгляд, выберется она из бесконечного путинского цикла?

— Хотелось бы пожелать, чтобы выбралась. Но опять-таки, я устал. Я хочу большую китайскую стену с Россией и не желаю ничего слышать о "брате", который рассказывает, как мне жить, и делает это уже не с автоматом, а с "Градом". Не хочу! Дай им Бог здоровья, пусть они разбираются со своими национальными лидерами, олигархами, со своей пятой колонной и так далее... Мне жалко Макаревича, Шендеровича, Гребенщикова — хорошие ребята. Но там немного тех, кого мне жалко.

http://gordonua.com/news/politics/ZHurnalist-Makarov-54120.html

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments